admin 05.01.2008
Рубрика: Канадский опыт.
СКОРАЯ БЕСПОМОЩНОСТЬ.
(Об особенностях канадской национальной медицины.)
В предисловии скажу, что в России в отличие от Канады хорошо отлажена служба «скорой помощи». Неотложка приезжает на дом, врач ставит диагноз, дает лекарство, делает укол, а тяжелых больных госпитализирует. В Канаде и во всей Северной Америке «служба 911» базируется, как правило, на пожарных станциях. «Скорую» (ambulance) вызывают только в экстренных случаях (emergency). Причем, если вы не смогли объяснить, что произошло, на вызов приезжают одновременно – карета скорой помощи, пожарная машина и полиция. В Северной Америке врачи практически не выезжают к пациентам, хотя в последние годы появилась служба врачей-консультантов на дому (но это не более, чем бесплатный совет проехать в госпиталь). Во-первых, ни одна страховая компания не оплатит огромного счета за лечение пациента на дому – ведь врач относится к наиболее высокооплачиваемым профессиям. Во-вторых, медики, страховые и юридические компании доверяют только диагнозам, подтвержденным анализами, рентгеном, УЗИ и всевозможными тестами. В службе 911 работают парамедики, которые, по сути, являются спасателями, а не врачами, в экстренных случаях они могут оказать только первую медицинскую помощь и доставить в ближайший госпиталь. Доставка в госпиталь платная. Новому эмигранту из России, страдающему от незнания английского языка и привыкшему к помощи врача «скорой», этот факт на первых парах непонятен, поэтому возникают разные курьезные ситуации.
Мое знакомство с канадской национальной медициной началось на второй день по прибытии в Канаду, а именно 8 марта прошлого века. Очень милая дама финансовый консультант оформила моей семье за сумасшедшие деньги временную медицинскую страховку на первые три месяца, которая впоследствии нам абсолютно не пригодилась. Данная страховка начинала действовать только после того, как ты уже отдал доктору первые 100 долларов за визит.
Во второй раз я познакомилась с этой самой хваленой медициной при получении OHIP (обязательная карточка страховой медицины), когда нужно было отсидеть бешеную многочасовую очередь в медицинском департаменте.
Как сейчас помню, что мой двухлетний сын от нечего делать с разбегу треснулся головой о столб, и на лбу у него вздулась красная шишка. Но ни одного медика для оказания помощи во всем медицинском департаменте не нашлось. А представители полиции требовали, чтобы мы срочно отвезли ребенка в госпиталь, так как это произошло у полицейских на глазах, они могли привлечь родителей за халатное отношение к ребенку. Лучше бы эти стражи порядка пропустили меня с 2-х летним ребенком вне очереди, тем более, что в этот день мамаш с детьми было раз, два и обчелся.
Хорошо еще, что по незнанию местности мы случайно сели не в тот автобус и доехали прямо до своего дома, а то б одна трехчасовая очередь за OHIP плавно перетекла бы в другую трехчасовую за медицинской консультацией в госпитале. К тому, что происходит в канадских госпиталях очень подходят слова «медицинский осмотр» или «консультация», потому что той помощи, которую ждет пациент, чаще всего не оказывают.
Третье знакомство с медициной было более серьезным, срочно нужно было подтвердить прививочный лист сына, а до получения карточки OHIP(она приходит по почте через 3 месяца после въезда в страну и сверки документов в департаменте) оставалось примерно дня три. Тут я намучилась, никто из врачей не хотел верить, что через три дня я получу карточку, хотя это следовало из всех эмиграционных документов и квитков на OHIP. Все врачи требовали денег за визит - и русскоязычные, и не русскоязычные - долларов 50 не меньше за одну только свою подпись, как будто их кто-то когда-то обманывал с этим OHIP–ом здесь в Канаде. Пришлось по наивности отдать деньги тому врачу, кто требовал меньшую сумму.
Но следующее знакомство было посерьезней. Мой ребенок расшиб лоб об камень на асфальте при автомобильной аварии. Из толпы прохожих моментально материализовалась неопределенного возраста свидетельница и вызвала скорую помощь, не спрашивая моего согласия. Дама заявила, что так положено.
Первыми приехали пожарные, приблизительно минут через 10. Они не стали разбираться, где рана, а положили ребенка аккуратно на носилки, хотя кровь сочилась на лбу.
Затем приехала полиция тоже быстро еще минут через 10. Полицейский успел опросить всех свидетелей и в первую очередь мою добровольную помощницу, а меня в последнюю очередь.
Еще минут через 10 приехала карета скорой помощи. Мой сын пытался освободиться и побежать домой. Но его и меня погрузили в машину скорой помощи, надели на ребенка маску с кислородом, причем кровь никто не пытался остановить, и повезли нас в ближайшей госпиталь.
Итого, с момента происшествия до приезда медиков прошло минут 25-30, но на рану моего сына никто не посмотрел, всех интересовал сам процесс, мне же категорически запретили прикладывать ко лбу ребенка бактерицидный пластырь, который всегда при мне. До ближайшего госпиталя от JaneSt. до BathurstSt. по FinchAve.карета ехала не долго минут 40. Кто знает этот участок, примерно представляет, что езды всего 10 минут, но или пробки были, или час ПИК.
В госпитале нас поместили в огромную очередь, никакие мои уговоры пропустить истекающего кровью ребенка ни к чему не привели. Наконец минут через 20 моего ребенка зарегистрировали и отвезли в большой зал, битком набитый пациентами, изолированными друг от друга виниловыми шторками.
Врача не было примерно минут30-45. Но и дела никому до нас не было никакого, хотя я и развила бурную деятельность на ломанном английском языке, весь персонал бегал от меня, как чёрт от ладана. Мне, этой странной русской с истекающим кровью ребенком, вежливо втолковывали, что у всех представителей медицинского персонала свои функции, а дезинфицируют раны и прикладывают лед только врачи, но врачи в данный момент заняты другими пациентами.
Тогда я решила забрать ребенка и уйти, уж промыть рану и кровь остановить я как-нибудь сама смогу. Нас и так в госпиталь насильно привезли. Но в это время приехал тот же сияющий полицейский. Он торжественно объявил мне, что я не виновата в происшествии, еще раз для верности снял показания, но домой мне ехать запретили до врачебного осмотра моего ребенка.
Наконец, почти через час прилетел на всех парусах доктор, осмотрел, сделал рентген, причем все это длилось еще минут сорок. Кровотечение не прекращалось. Оказалось, что после всех этих процедур нужно зашивать ребенку рану на лбу. Но необходимого персонала не было, поэтому приехавшего в госпиталь к тому моменту моего мужа привлекли в качестве дезинфектора и анестезиолога (он прикладывал салфетку с местной анестезией), хотя он не медик, а меня попросили успокаивать и отвлекать ребенка.
Операция зашивания лба происходила не в операционной, а на глазах у изумленной публики, весь честной народ приемного отделения давал свои комментарии. Домой мы попали только к 10 вечера, а происшествие приключилось в 5 ч. вечера.
Через пару дней пришел счет из госпиталя на 45 долларов за услуги “скорой помощи”.
Снятие швов со лба ребенка тянет на отдельную историю. Вкратце расскажу, что дежурный врач госпиталя не хотел снимать швы, так как не он их ставил, а тот, кто ставил, был в отпуске, поэтому мы были посланы к семейному врачу. Семейный доктор по той же причине наладил нас обратно в госпиталь. В конечном итоге, швы я снимала дома сама за отсутствием персонала проспиртованным пинцетом для выщипывания бровей.
Дальнейшие попытки познакомиться со всеми тонкостями канадской медицины смешались в один ненужный ком. Припоминаю только отдельные обиды. Желчную даму врача узкой специальности, которая отказалась меня лечить под предлогом, что не понимает мой русский акцент, хотя мой разговорный жанр не имел никакого отношения к моей болезни и к её профилю работы.
Иногда вспоминается, как я вызвала врача на дом из службы доктор-сервиса к температурящему (39 С) ребенку и прождала 6 часов, причем меня каждые сорок минут оповещали, что врач уже на подъезде к моему дому. Этот рекорд побил все московские.
Врач так и не пришел, но через 6 часов мне перезвонили и сообщили, что врач не придет, но надо бы “скорую” вызвать при такой температуре. Помнится, что скорая приехала моментально, а температура у ребенка к тому времени уже подскочила до 40, практически “зашкаливала”. Приехали два здоровенных “буфета на колесиках” – парамедики, увешанные аппаратурой, близко к ребенку не подошли, практически от двери на глазок заподозрили менингит. Долго объясняли, что они диагноз не ставят и не лечат, а только возят до ближайшего госпиталя. А вот если бы произошла потеря сознания, то…. они бы подключили к пациенту кислород. Но до этого дело не дошло, т.к. кое-какие познания в медицине у меня имеются, и я предусмотрительно накормила чадо аспирином и тайленолом.
Далее с точностью до эпселон повторилась история с госпиталем при автомобильной аварии, с той лишь разницей, что после 2-х часового сидения в госпитальной очереди и неукротимой рвоты, у ребенка спала температура. Наконец-то доктора ему назначили лекарство, которое еще надо было выкупить в аптеке, а везти его домой пришлось на такси за 50 долларов, потому что в автобусах за 2,75 доллара никто больному чаду места не уступал.
Понятное дело, позже опять же счет на 45 долларов по почте прислали за услуги «скорой». Но у нашей семьи уже бенефиты (дополнительная страховка на мед. услуги) появились, не так печально стало деньги отдавать неизвестно за какие услуги.
В настоящее время эпизоды знакомства с канадской национальной медициной приняли регулярный характер, уже все привычно, ничто не удивляет, ни километровые очереди в лечебных учреждениях, ни отсутствие диагноза, ни то, что с вами разговаривают, как с умственно отсталым ребенком только заслышав ваш русский прононс.
Порой меня даже развлекает реакция вновь прибывших эмигрантов из России, особенно бывших медиков, которые страшно возмущаются, что грудные дети и дети, усыпанные прыщами от ветрянки, часами сидят рядом в одной очереди. Пожилые люди в предынфарктном состоянии ждут «своего часа» в одной очереди с сифилитиками. А выписывают пациентов, чуть ли не через 2 часа после операции.
Некоторые русскоязычные граждане Канады, наоборот уверяют, что канадская медицина им страшно помогла, особенно при «плановых» болезнях и операциях (рак груди, простаты, коронарное шунтирование, аппендикс, грыжа). Восхищаются пациенты чистотой лечебных учреждений, вежливостью персонала, способами диагностики.
А я так хочу сказать, что в России некоторые болезни вылечиваются посредством вручения врачам коллекции портретов американских президентов, она же избавляет от ожидания в очереди. В Канаде же даже такая коллекция и никакая вообще не помогает, все в порядке очереди и очень медленно.
Таковы особенности канадской национальной медицины.
Канадская Сан дружинниц АЛЁНА ЛИ.
More: continued here
